29.06.2017 17:05

Белый Лотос - Елена Блаватская

Автор:  Игорь Комаров

В 1892 году ведущая нью-йоркская газета «Сан» опубликовала статью в которой говорилось: «Женщина, которая так или иначе заставляла окружающих — сначала в маленьком мирке своего детства, а потом по обе стороны земного шара — говорить о ней и спорить, защищать или осуждать её характер и побуждения, биться за её дело или яростно противостоять ему; смерть которой вызвала такой шквал телеграмм между двумя континентами, словно почил какой-нибудь император,— такая женщина должна быть и вправду личностью выдающейся». Эти слова были сказаны о Елене Блаватской.

 

ой Европы. Хотя в её сверх неординарных путешествиях можно усмотреть бесцельные перемещения неугомонной леди в поисках приключений, при более глубоком рассмотрении, они видятся постоянным движением вперёд к поставленной цели. Во время этих путешествий она исследовала учения различных стран и цивилизаций. Она собирала знания о традициях древних людей и их потомков, всё ещё существующих на континентах, которые в своё время являлись частью «потерянной Атлантиды».

 

8 мая 1891 года в возрасте 59 лет в своем рабочем кабинете за рабочим столом тихо скончалась Елена Петровна Блаватская, гениальная русская женщина, заложившая основы теософского движения в мире.

 

Словами трудно передать цельный портрет этой великой Йогини – она была более чем оккультист, более чем путешественник по миру, более чем блестящая собеседница и писательница, сведущая в традициях и философиях всего света. Она была уникальной, гармоничной личностью, в которой сочетались такие таланты как прекрасный музыкант, пытливый историк, пламенный публицист, отважный путешественник, художник, философ и богослов. Она образец преданности, добросовестности, верности и доброты, человек энциклопедических знаний в своей бурной деятельности не считавшаяся ни с возрастом, ни со здоровьем.

 

Все без исключения, пишущие о ней, утверждают, что она обладала необычайной душевной силой, подчинявшей себе все окружающее. Её доверчивость и искренность доходили до размеров, немыслимых для души, собравшей такое небывалое разнообразие жизненного опыта: от ученицы восточных мудрецов до не менее неординарного положения Учителя и провозвестника Древней Мудрости, стремившегося объединить в общем оккультизме все древнеарийские верования и доказать происхождение всех религий от единого божественного источника.

 

«Жить рядом с HPB (ЭйчПиБи), как тепло называли Блаватскую знавшие её лично, означало быть в постоянном соседстве с чудесным», - писал её современник. «Она очаровывала и покоряла всех, кто соприкасался с ней более или менее близко. Силой своего всепроникающего и бездонного взгляда она творила самые непостижимые чудеса: бутоны цветов раскрывались у вас на глазах, и самые отдаленные предметы по одному лишь её зову стремились к ее рукам».

 

Пристальный взгляд на жизнь этого неординарного человека делает очевидным тот факт, что подготовка к её оккультной работе началась ещё в детстве. Будучи ребёнком, она уже была наделена психическими силами, которые развились более полно в результате тренировки в последние годы жизни. Она также обладала способностью преодолевать барьер времени и видеть прошлое и будущее сквозь призму окружавших её форм. Для неё вся природа казалась живой с мистерией жизни в ней самой. Она слышала голоса каждого объекта и формы, органической и неорганической; и претендовала на сознание и существование мистичных сил, видимых и слышимых только для неё самой, там, где другие видели лишь пустоту, но также и для видимых, но неживых предметов, таких как галька, могильный холм или куски разлагающихся фосфоресцирующих брёвен. Её взору также были хорошо доступны и более обширные сферы внутренних миров.

 

Её путешествия вокруг света наиболее необычны особенно потому, что она, не беспокоясь о безопасности для молодой леди, путешествовала одна. Покинув Россию, будучи совсем юной, Блаватская в течение 10 лет путешествовала в странных и отдалённых местах центральной Азии, Индии, Южной Америки, Африки и Восточн

Блаватская была под защитой своего Учителя с самого детства. Как ясновидящий ребёнок она видела высокую и таинственную фигуру индуса в белом тюрбане, всегда одного и того же. Случилось так, что в Лондоне в 1851г., состоялась её известная встреча с Махатмой, которого она немедленно узнала, как ведущего её ангела, под защитой и водительством которого она была всю свою жизнь. Во время встречи с Ним в Гайд Парке в Лондоне, Учитель рассказал о работе, которую ей предстоит выполнить.

 

Елена Петровна была способна на невероятный труд и сверхчеловеческое терпение, особенно когда дело касалось служения идее. Преданность ее Учителям была героическая, пламенная, никогда не ослабевавшая, преодолевшая все препятствия, верная до последнего вздоха.

 

Как она сама говорила: «Для меня уже не имеет значения ничто, кроме моего долга перед Учителями и Делом Теософии. Им принадлежит вся моя кровь до последней капли. Им будет отдано последнее биение моего сердца... ».

 

Невероятным является и то, что за время короткого жизненного мига – всего одной жизни, она дала миру так много оккультной мудрости в форме своих работ. Описывая период, когда Блаватская работала над Разоблачённой Изидой, полковник Олькотт говорит: «Наблюдать за её работой было редким и никогда не забываемым опытом. Мы сидели обычно напротив друг друга за одним большим столом, и я мог видеть каждое её движение. Её перо летало над страницей, когда вдруг она замирала. Вглядываясь в пространство рассеянным взором ясновидца, как будто что-то невидимое находилось перед ней в воздухе, и начинала копировать на лист то, что она видела. Цитата заканчивалась, её глазам возвращалось нормальное выражение, и она продолжала писать, пока снова не замирала подобным образом».

 

Тайная Доктрина - Магнум опус её сочинений, была опубликована в 1888г. Блаватская характеризует этот труд как «синтез науки, философии и религии». Эта экстраординарная работа не перестаёт удивлять учеников и исследователей даже столетие спустя безмерностью знаний и широтой спектра учений, затронутых в ней. Уголок завесы, прятавшей «тайную мудрость», был приподнят с публикацией этого монументального труда. Однако целью Тайной Доктрины было не столько научить чему-то тайному, сколько привести стремящегося к Истине вечной, лежащей в основании всех учений и не выражаемой словами только потому что она выше любых языков.

 

Этим монументальным трудом она вернула миру ранее утраченное им цельное видение жизни, в котором наука, философия и религия не отдельные образования, а части единого целого. Она дала глоток воздуха в космическом видении эволюционных процессов, в которых вся Вселенная, от одноклеточной инфузории до звёздных систем, подчинены одному Закону, поднимающемуся выше и выше уровнями Его выражения и великого совершенства в результате действия циклических процессов.

 

В Тайной Доктрине Блаватская сравнивает Лотос или Падма, как его называют на санскрите, с Космосом, и с человеком. Как значимо, что полковник Олькотт - президент и со-основатель Теософского Общества, принял решение назвать день памяти Блаватской, днём Белого Лотоса. Мистерия жизни HPB подобна Лотосу, берущему своё начало в донных глубинах материальности, своим стеблем рассекающего толщи вод – пространственных мерностей и раскрывающегося прекрасным цветком в лучах яркого духовного Солнца. Лотос являет собой символ божественного рождения, духовной чистоты и совершенства.

 

Никто не может сказать о Блаватской лучше, чем её современники, единомышленники и соратники. Я приведу лишь несколько из воспоминаний тех, кто имел счастье знать этого прекрасного человека лично:

 

Кристмас Хамфрис так говорит о ней:

 

«Что за женщина! …непонятая, оболганная, оскорбляемая, - и вместе с тем какой блестящий, тонкий ум и какая глубокая ученость; само воплощение щедрости; женщина, прямая в речах и поступках, пренебрегавшая той ханжеской болтовней, которую мы выдаем за хорошие манеры, но готовая предложить истину всем жаждущим. …Она никогда не оставалась безучастной и не была одинаковой со всеми. У нее было множество друзей, готовых умереть за неё, и врагов, готовых её уничтожить.

 

Этот ясный взгляд голубых глаз читал в душе каждого, кто приходил к ней, даже того, кто потом её предавал. …Из своих скудных средств (а жила она всегда скромно) она помогала всем нуждающимся, даже если знала, что они намереваются погубить дело, которому она служила всю свою жизнь.

 

Ее речь завораживала; она никогда не читала лекций, но стоило ей заговорить – и те, кто ее слушал, не могли уже думать ни о чем другом. После встречи с ней ничто уже не было таким, как прежде».

 

Эдмунд Рассел вспоминает:

 

«Абсолютно равнодушная к сплетням, она никогда не утруждала себя опровержениями. Как-то она сказала мне: «Грязь лилась так долго, что теперь я даже не пытаюсь открыть зонтик».

 

Она жила великой истиной, а её называли обманщицей; она была необыкновенно щедра, а её считали мошенницей; любое притворство вызывало у неё отвращение, а из неё сделали Королеву плутов.

 

Она была стальным слитком, раскаленным докрасна, который уподобляется огню, позабыв о своей природе. … для неё, казалось, не существовало ни личных потребностей, ни удовольствий».

 

Вильям Кинсленд рассказывает:

 

«…она делала для нас намного больше, чем просто учила новой системе философии. Она соединяла воедино нити нашей жизни, те нити, которые ведут к памяти прошлого, и направлены в будущее, но которые мы не были способны проследить; она показала нам тот образ, что мы ткали, показала цель нашей работы…

Она учила нас теософии не как религии или философии, или убеждению, или предположению, но как живой силе в наших жизнях. Она учила доктринам, чтобы дать возможность людям не отождествляться с любыми формами доктрин, а достичь «Обиталища Высшего Я». Нет древнее доктрины, чем доктрина Божественного сострадания, доктрина Универсального братства. … Это выше всех доктрин, всех верований, всех формул; это суть всех религий».

 

Чарльз Джонсnон пишет о Блаватской:

 

«С беспримерной мощью она утверждала душу, с трансцендентной силой учила реальности духа, живя и проявляя энергии бессмертных…

…она имела смелость жить как бессмертный дух и подчинять материальную природу и смешанные силы жизни мощью своего бессмертия, …И эта преобладающая сила, а также ясный внутренний свет соединялись с природой удивительной доброты, изумительной нежности, абсолютного самозабвения и прощения…

HPB была похожа на горный поток, вытекающий из глубокого светлого озера, скрытого за облаками и несущего богатства заоблачных сфер в земные долины».

 

Бертрам Китлей вспоминает:

 

«Она указала нам мерцающий свет звезды, который осветил наш жизненный путь; она научила тех, кто умел слушать, как отыскать лучи этого света внутри себя, указала дорогу, направление и опасности этой дороги, заставила нас признать, что только тот, кто умеет забывать себя и любить, найдет ключ к пониманию запутанного лабиринта жизни, потому что только при этом условии начинает расти дух и сердце человека, и сознание его способно наполниться мудростью.

 

Ежечасным примером она зажигала душу того, кого хотела возвысить до высокого сознания долга и самоотверженного служения истине.

 

Одна из самых ее поразительных черт была удивительная сердечная простота; она была в полном смысле слугой каждого человека, который искренне искал ее помощи.

 

Она хотела, чтобы не разрывалась цепь любви, связывающая нас, и чтобы мы помогали другим, как она помогала нам».

 

В своих воспоминаниях о Блаватской Герберт Барроуз пишет:

 

«Единственный ключ к пониманию этой необыкновенной натуры — в том живом примере, который она давала нам своей самоотверженной жизнью. Жизнь эта научила нас видеть цель не в личном благе, а в служении миру, в служении без ропота, до самого конца».

 

 

Сама Блаватская говорит о себе:

 

«Каждый из нас — как кусок угля, более и менее чёрный... Однако, пожалуй, не сыскать кусок угля уж настолько грязный и отвратительный, чтобы не было в нём атомов, содержащих в зародыше будущий алмаз. Я смотрю только на эти атомы, не замечая, да и не желая замечать прочие. И поскольку я работаю для других, а не для себя, то позволяю себе использовать эти атомы на общее дело...»

 

Словами Олькотта: «Энтузиазм HPB был неугасимым пламенем, от которого все теософисты зажгли свои светочи».

 

Память последователей Теософии – Вневременной Мудрости, вновь принесённой в мир великим подвижником, бережно хранит светлый образ Белого Лотоса современности – Елены Петровны Блаватской.

 

 

 

Игорь Комаров

Компиляция по материалам изданий и воспоминаний современников.

 

 

Источники:

 

1.      Judge. “The Esoteric She”. New York Sun, Sept. 26, 1892.

2.      Сильвия Крэнстон. “Е.П.Блаватская. Жизнь и творчество основательницы современнного теософского движения”. Рига, 1996.

3.      Бупендра Вора. “День Белого Лотоса – день памяти ЕПБ”, в переводе Березанской Н.И., Теософ, май 2014.

4.      Елена Сикирич. “Загадка, носящая имя ЕПБ. Вестник и его миссия”.

5.      “Памяти ЕПБ”. Перевод Кириченко А.П., составитель Головченко Т.В.

 

 

6.      “Отзывы учеников о Е.П. Блаватской”.

Переглянуто разів
Розділ: Статті